Эксперт: «Белорусы платят за отопление в 5 раз меньше, чем это реально стоит»

В Беларуси сложилась уникальная ситуация с тарифами на тепло. Население платит за него лишь пятую часть реальной стоимости, а разницу покрывает государство.

Насколько устойчива такая модель в условиях внешних шоков и высокой зависимости от импорта энергоресурсов? На эти вопросы Thinktanks отвечает специалист отдела энергетической безопасности iSANS Евгений Макарчук.

Серьезные шоки

– Начнем с главного. Насколько сильно занижены тарифы на тепло для населения?

– Цифры говорят сами за себя. По данным на июнь 2025 года, тариф для населения составлял 27,23 рубля за Гкал. При этом полный экономически обоснованный тариф, который покрывает все расходы на производство и доставку тепла, – 134,94 рубля за Гкал. Простым делением получаем, что население платит примерно в 5 раз меньше реальной стоимости. Уровень субсидирования достигает 80%. Это колоссальная нагрузка на бюджет и скрытый риск для всей системы теплоснабжения.

– Почему это риск? Разве поддержка населения – это плохо?

– Поддержка – это не плохо. Проблема в устойчивости такой системы. Как это работает. Часть этих субсидий компенсируется за счет завышенных тарифов для промышленности. Крупные ТЭЦ, которые работают и на заводы, и на города, с этим еще справляются. А вот районные котельные, которые отапливают в основном жилые дома, оказываются в уязвимом положении. Они продают тепло населению по заниженной цене, а их убытки покрывает местный бюджет. Любое сокращение бюджетной поддержки – например, из-за экономического кризиса – может поставить такие котельные на грань выживания и создать угрозу перебоев с теплом.

– А если субсидии вдруг сократят? Что тогда?

– Это будет серьезным шоком. В краткосрочной перспективе, если субсидии сокращаются, то единственным решением будет повышение тарифов. Рост тарифов можно сдержать, но для этого потребуется целый комплекс мер. Во-первых, нужно будет срочно повышать энергоэффективность – массово утеплять фасады, менять окна. Во-вторых, необходимы механизмы адресной поддержки для самых уязвимых слоев населения, чтобы компенсировать им резкий рост платежей. На подготовку к такому сценарию  нужнонакапливать значительные финансовые ресурсы уже сейчас.

Критичные риски

– Вы упомянули шоки. Какие главные угрозы висят над энергосистемой Беларуси?

– Есть два самых критичных риска, и оба связаны с импортом из России.

На первом месте – полное прекращение или ограничение поставок природного газа и нефти по трубопроводам «Дружба» и другим магистралям. На сегодняшний день значительная часть нефти и почти весь природный газ импортируются, причем весь объем поставляется из Российской Федерации, которая является единственным поставщиком по экономическим и частично технологическим причинам. Собственная добыча нефти составляет незначительный объем – около 2 млн тонн в год. Целенаправленная добыча природного газа не осуществляется, однако используется попутный газ, который выделяется при добыче нефти.

Кроме того, в энергосистеме используется небольшое количество угля – преимущественно для технологических нужд. При этом весь объем угля также импортируется из России. Другие виды энергоресурсов, такие как дровяное топливо, биогаз и гидроэнергия, почти полностью местного происхождения, но они используются по минимуму.

Да, есть БелАЭС. Но все же основным видом топлива, используемым для производства тепловой и электрической энергии в Беларуси, является природный газ. Значительную долю также занимают биомасса и мазут. На 2020 год удельный вес атомной энергии был незначительным и составлял всего 0,6%. К 2024 году ее доля существенно увеличилась в связи с выводом станции на плановые показатели работы (свыше 35% общего потребления). Но этого все равно недостаточно, чтобы говорить об энергетической безопасности.

Второй критичный риск – резкий рост цен на энергоресурсы. Эти два шока тесно связаны: если нам придется искать альтернативу российскому газу, например, покупать его в Европе, то мы автоматически столкнемся с шоком роста цен, так как платить придется по оптовым ценам, которые могут быть в разы выше.

При этом мы хотим подчеркнуть – оценка рисков остановки поставок газа из России никак не связана с политическими причинами. Просто если из других стран нам энергоресурсы не поставляются, то и рисков там нет.

Ключевая уязвимость

– Насколько страна готова к негативным сценариям развития событий?

– Частично. Есть меры, которые доказали эффективность в прошлых энергетических кризисах в разных странах, а также результаты анализа планов чрезвычайных действий, разрабатываемых в международной практике. В списке мер – использование резервов, максимальное использование местных источников энергии на объектах энергосистемы (торф, биомасса, собственная нефть); поиск и организация поставок из альтернативных источников газа, нефти, нефтепродуктов или электроэнергии; субсидирование потребления местных источников энергии; приоретизация потребителей; запрет на использование необязательного оборудования (кондиционеров), внешнего освещения зданий, уличного освещения, электроотопления при наличии других источников; создание теплых помещений; внедрение механизмов компенсации роста расходов на энергию для уязвимых групп; введение отключений энергии; ограничение работы предприятий.

Однако ключевая уязвимость остается – это наша высочайшая зависимость от одного поставщика и одной транспортной инфраструктуры. Например, в случае с газом теоретически можно использовать газопровод «Ямал-Европа» в реверсном режиме для поставок из ЕС. Но это немедленно ударит по карману.

– То есть переход на рыночные цены неизбежен?

– В долгосрочной перспективе модель, где население платит за тепло лишь 20% его стоимости, нежизнеспособна. Она создает иждивенческие настроения, не стимулирует к экономии и делает систему крайне хрупкой перед лицом внешних угроз. Рано или поздно встанет вопрос о постепенном, поэтапном доведении тарифов до экономически обоснованного уровня с параллельным внедрением системы адресных субсидий для тех, кто действительно нуждается в поддержке. Это болезненный, но необходимый шаг для повышения энергетической устойчивости страны.

Читайте также: Отключение света парализует Беларусь за часы: эксперт о хрупкости системы ЖКХ

ThinkTanks может не разделять мнение авторов исследований и публикаций.